В 1996 году, когда Россия уже готова была ввести мораторий на смертные приговоры, в тюрьму строгого режима пришел новый надзиратель по имени Константин. Разговор с отцом погибшего от рук одного из заключенных перевернул его представления о правосудии. Константин убедился — у родственников жертв должно быть право самим вершить расплату. Вместе с несколькими сослуживцами он нашел необычный способ: передавать исполнение казней на сторону, превратив это в подпольный бизнес. Однако очень быстро стало ясно — там, где замешаны деньги, о настоящей справедливости говорить не приходится. Стоило появиться возможности наживы, как нашлись те, кто без колебаний готов был забыть о любых принципах.